Я думаю ни для кого не секрет, что для нашего цивилизованного общества характерно убеждение, что лечение от какого-либо недуга должно обязательно сопровождаться отказом от каких-либо  удовольствий –  в повседневной жизни часто эти самые удовольствия приходятся на «пищевое потребление»; врачи нас приучили к своеобразным «жертвам» ради выздоровления: «ВАМ ПРОТИВОПОКАЗАНО»…и дальше список продуктов, которые Вам «не рекомендуют» - болят зубы – нельзя есть конфеты, колит в животе – забудьте про жареную пищу…

Мне кажется, что будет неверно отрицать ту пользу, которую приносят нам эти «отказы» от всего жирного, сладкого и т. д…но проблема в том, что современная традиционная медицина положила в самую основу процесса лечения Противопоказания, «слабо разбавленные Поощрениями» - врачи буквально приучили людей связывать сопротивление таким обыденным недугам, как ангина, гастрит, кариес, с «аскетизмом» в пищевом поведении. «Если я заболел, то я должен отказать себе в…» - вот тот императив, который уже глубоко проник в коллективное сознание (а, может, уже и в «коллективное бессознательное») современного общества.

Конечно, «здоровье» нации – гарантия правильного функционирования государственной системы, поэтому дисциплинированность каждого – вот то, к чему стремится эта Система, (в лице медицинских учреждений) поддерживающая порядок методом «Кнута и Пряника». Однако, иногда «кнута» становится слишком много и люди начинают к нему, с одной стороны, привыкать, с другой  - требовать «пряника»…много «пряников».

Я хочу сказать, что диеты и противопоказания, которые нам назначают врачи, имеют под собой позитивное основание, но, превращаясь в нечто вроде господствующего императива в жизни человека, часто трансформируются в такие явления как аддитивное пищевое поведение. Лично я вижу в нежелании и страхе принимать пищу во время лечения анорексии отчасти проявление «бессознательной» привычки людей лечиться путем отказа себе в каком-либо пищевом удовольствии: я боюсь кушать не только потому, что боюсь набрать вес, но и потому, что мне кажется непривычным лечить расстройства, связанные с пищей, при помощи той еды, которая мне особенно нравится.

Вам говорят: « Если хочешь выздороветь, не отказывай себе в сладком, брось эти низкоуглеводные диеты!» - у анорексика возникает бессознательный конфликт: «Как я могу вылечиться, переставая сильно ограничивать себя в сладком, если врачи до этого  научили меня лечиться при помощи различных диет и самоограничений?»
 
На мой взгляд, это противоречие связано, прежде всего, с тем, что современная традиционная медицина, однажды положившая в основу практики лечения пищевых расстройств принцип Отказа-Противопоказания-Жертвы, оказывается бессильной перед проблемой анорексии – нового вида такого расстройства, доселе не знакомого, предполагающего лечение не в виде ранее упомянутого «кнута», а, наоборот, в виде «Пряника».

Что касается булимии, то здесь мы можем найти то же самое противоречие, с разницей в том, что булимик – это «взбунтовавшийся» анорексик, который периодически «нокаутирует» в себе «внутреннего» (здесь я подразумеваю, нечто  вроде фрейдовского «Сверх-Я» - интериоризацию в психику ребенка образа Отца и страха перед ним в виде Табу) врача с кнутом и отбирает у него сразу все «пряники»…

По ходу этих рассуждений я пришел к выводу, что успешное лечение анорексии и булимии как вида пищевого расстройства, отличающегося своей психосоматической природой, будет отчасти возможным при условии глубокой трансформации практик традиционной медицины по пути пересмотра соотношения Отказа-Противопоказания и Поощрения.