Высокие каблуки, острые носы и стиль 1970-х- обувь Джонатана Келси только вышла в свет и сразу попала во все звездные гардеробы.

Последние четыре месяца все мод­ные мира сего с вожделением ожи­дают выхода новой коллекции ди­зайнера Джонатана Келси: неви­данные расцветки, экзотические материалы и конические каблуки не ниже 11 сантиметров. И не ус­пел он закончить последнюю пару, как бутики по обе стороны Атлан­тического океана начали соревно­ваться, кто быстрее купит и доро­же продаст всю партию.

«В Лондоне появился новый Крис­тиан Лубутен», — понеслось со всех сторон. И преданные клиенты уни­вермага Harvey Nichols тут же вы­строились в очередь.

Почему такой ажиотаж? Джона­тан Келси шьет обувь на одной фаб­рике с Chloe и Marc Jacobs, недале­ко от Венеции. Но его туфли реши­тельно отличаются от известных аналогов. За пять лет работы дизай­нером в Jimmy Choo, сотрудничес­тва с Cacharel, Strenesse, Chapurin и Gina Келси выработал свой, фир­менный стиль.

Его кумиры — дизайнеры обуви Мод Фризон и Шарль Журдан. В от­кровенном и чувственном дизайне Jonathan Kelsey прослеживаются их идеи 1970-1980-х, те же смелые со­четания материалов, та же экстра­вагантная и безрассудная роскошь.

«Мою обувь носит женщина, ко­торая умеет наслаждаться жизнью. Она энергична, умна и хочет выгля­деть сексуально. Поэтому я создаю туфли на высоком каблуке, пок­рываю их лаком, украшаю метал­лом, — рассказывает Келси. — Ду­маю, в гардеробе такой женщины есть и Lanvin, и Marni, и Miu Miu. Но в туфлях из моей коллекции она будет ни на кого не похожа».

Стремление выделяться и артис­тичность у Келси в крови. Стю­арт Веверс, креативный директор Mulberry, его кузен. Они ровесники (им 33 года), вместе учились в школе, а потом в колледже на севере Англии.

Окончив лондонский колледж моды Central St. Martins, Келси на­чал трудиться в театральном ате­лье Angels & Berman, где повсюду были тысячи пар обуви. Но страс­тью к туфлям и ботинкам он вос­пылал не сразу. «Только спустя не­которое время я понял, что обувь, как ничто другое, придает костюму характер. Это изюминка, то есть са­мое сладкое», — говорит он и бро­сает взгляд на собственные ноги...