Когда Cartier в 1970-х го­дах выпустил первые украшения из коллек­ции Love, многих это шокировало: похожие на гайки кольца и серьги были воз­мутительно просты — ни тебе цвет­ных камней тутти-фрутти, ни пан­тер, усыпанных бриллиантами. До этого момента минималистские украшения считались чем-то не­серьезным, их создавали малень­кие компании — те, у которых не хватало денег на покупку басно­словно дорогих камней и металлов. Но время показало, что дизайне­ры знаменитого Дома не ошиблись: минима­лизм с каждым годом набирал силу, и вско­ре простые по фор­ме украшения начали выпускать Дома, ко­торые, как и Cartier, десятилетиями созда­вали роскошные изде­лия из уникальных кам­ней, — Tiffany, Chopard, Boucheron, Chaumet.

Однако все они по-прежнему делали ставку на традиционные вещи, а «простые» украшения не афишировали. Это теперь владелец и креативный ди­ректор Damiani Джордже Дамиани открыто призна­ется: «Мы имеем дело с пред­метами очень маленького раз­мера, и для того, чтобы выра­зить свою идею, у нас иногда просто физически мало места, вот и приходится «упрощать» свой язык до предела!» Молодые марки и те, которые запустили юве­лирные линии недавно, уже не стес­няются делать минимализм своей «визитной карточкой» — дизайне­рам Calvin Klein, Hermes или Georg Jensen не пришлось себя «ломать». Минимализм для них — не просто стиль украшений, это стиль жизни.

Датчанин Георг Йенсен, боль­шой поклонник аскетичного Бау­хауза и архитектуры Ле Корбюзье, обожает серебро и абсолютно ис­кренне считает его лучшим из ма­териалов. Кляйн придумывает про­стые по форме вещи так же легко, как дышит, — украшения, коллек­ции одежды или аксессуары для интерьера.

Даже собственные дома этих дизайнеров оформлены по всем принципам минимализма — прос­то и строго. Дамиани, например, страшно доволен своим домом, в котором «много простых вещей, лаконичных, но очень изыскан­ных». И, добавим, совсем не де­шевых: те же интерьерные аксес­суары, которые делает Кельвин Кляйн, никогда не были и не будут бюджетными.

Однако мастера старых Домов не зря боялись минимализма — что может быть страшнее для ювелира, чем отказ от роскошных разноцвет­ных камней! И дело было не толь­ко в камнях. Мастерам пришлось практически отказаться от цветно­го золота и от прихотливых огранок — минимализм требовал монохромности и простых геометри­ческих форм. «Желтое и красное золото подходят для минималист­ских украшений меньше всего — у этих металлов слишком «теплый» оттенок, у них другая энергетика, — говорит Дамиани. — Идеальные минималистские металлы — пла­тина и белое золото. А идеальный камень — бриллиант. Причем чем он прозрачнее и бесцветнее, тем больше он подходит для минима­листского кольца или колье».

С точки зрения любого мастера из старого ювелирного Дома, это не богатый выбор. Однако пригла­шать знаменитых дизайнеров и ар­хитекторов никто не запрещал. Tiffany & Со. сначала позвала Эль­зу Перетти, а потом — притцкеровского лауреата Фрэнка Гери. Их вещи сделаны из серебра, бриллиан­тов в них минимум. приходом знаменитых ди­зайнеров ситуация в корне изме­нилась: теперь уже стало как-то неприлично не иметь минима­листской линии украшений. Даже Pomellato и Boucheron выпустили несколько строгих вещей. Ювели­ры Boucheron, правда, не удержа­лись и пустили в ход затейливую технику — фасеты, которыми целиком покрыта поверхность украшений из коллекции Facette. Hermes и Montblanc тоже вдруг ре­шили присоединиться — у Hermes появились чудесные вещи-вариа­ции на фирменную для марки тему лошадиной упряжи, a Montblanc тренируется на кольцах и деталях перьевых ручек.